ПЯТЬ ВОЗРАСТОВ ТРАНССЕКСУАЛИЗМА

Дошкольный возраст (5 лет плюс-минус 1 год)

Большинство транссексуалов, вспоминая себя в этом возрасте, говорят о склонности к переодеванию в одежду противоположного пола и о стремлении вести себя соответственно. Но это, как мне кажется, менее важно, чем то, с кем ассоциирует себя ребенок, кем представляет себя в будущем, о чем мечтает.

Теперь я понимаю, что, глядя на окружавших меня тогда мужчин (отец, старшие двоюродные братья), я больше как бы восхищалась ими, чем старалась походить на них. Хотя элемент подражания тоже был, просто в силу детского обезьянничанья, но все как-то неудачно и кратковременно. А вот женские проблемы тогда (а, тем более, сейчас) мною воспринимались гораздо ближе, с подсознательным пониманием и безусловным сочувствием.

Тем не менее, многие исследователи с полным на то основанием считают, что невозможно определить расстройство гендерной идентичности и прогнозировать его развитие, основываясь на непосредственных наблюдениях за поведением ребенка в возрасте до 8 лет. Одни и те же внешние проявления у детей могут быть вызваны совершенно разными мотивами, которые сами дети не могут, конечно, осознать и объяснить. Известно множество случаев, когда ребенок, любящий, например, в детских играх играть роли противоположного пола, вырастая, никак не проявлял ни гендерной дисфории, ни нестандартной сексуальной ориентации. (Эти две вещи обычно никак не связаны между собой, но их внешние проявления для непросвещенного человека выглядят похоже.)

Однако с другой стороны, когда у взрослого человека возникает необходимость разобраться в себе, воспоминания детства и их анализ могут оказать неоценимую услугу. Психиатры считают, что если расстройство гендерной идентичности проявилось впервые в возрасте 4-6 лет и не прошло до 25 лет, то это подтверждает диагноз "Gender Identity Dysorder" или, по старой советской терминологии, "Ядерная степень транссексуализма". Иными словами, это говорит о том, что данное отклонение является врожденным, органическим и его нельзя откорректировать методами психиатрии.

Я думаю, что большинство детей, которые начинают чувствовать в себе несоответствие внутреннего пола физическому, очень рано начинают чувствовать и необходимость скрывать это от окружающих и вести себя так, чтобы не вызвать неодобрение родителей и сверстников. Дети есть дети - у большинства из них еще нет силы воли противостоять гендерным стереотипам. Если родители говорят, например: "Ты мальчик, будущий мужчина, воин, защитник", это воспринимается на веру, и желание вести себя "соответственно" может быть вполне искренним. Но это желание все-таки идет не от души, а от необходимости в одобрении со стороны.

В детстве у меня была одна-единственная кукла - типичная страшноватая кукла советских времен. Не помню, откуда она взялась. Мне нравилось одевать ее и заплетать ей косички. Нравилось, когда в гости приходила соседка моего возраста, и мы играли вместе. Нравилось, когда мои волосы немного отрастали, и получалось что-то вроде каре. Чудесным было ощущение, когда кто-то на улице или в автобусе, обознавшись, называл меня девочкой. Это шло изнутри. Но очень скоро (видимо, по реакции окружающих, а также наблюдая за поведением других детей) выяснилось, что от меня ждут совсем иного. И вот уже в магазине игрушек я решительно игнорировала прилавки с пупсиками и кукольной посудой (тайком все-таки косясь на них), и просила конструктор или игрушечный фотоаппарат.

Иногда со старшими братьями и с отцом мы играли в "мужские" игры - в войну, в футбол... Я помню любовь и одобрение, исходившее от них, и это было прекрасно. Но, когда никого из родных поблизости не было, меня вовсе не тянуло на улицу, где носились и орали мальчишки-сверстники. Мне многое было непонятно в их поведении, а разбираться как-то не хотелось... Поэтому чаще я играла дома, а потом научилась читать. Это произошло, когда мне было 4 года, и с тех пор волшебный мир книг и кино часто оказывался привлекательнее реального мира. Сила воображения переносила меня туда, где я могла представить себя и Констанцией Бонасье и девочкой Варей из "Оловянного колечка" и сестрами Булавиными (по очереди, конечно). Когда я была одна, это, отчасти, выражалось в играх, но больше, все-таки, в незаметном подсознательном ассоциировании себя с героинями фильмов и литературных произведений.

Примерно в том же возрасте появилось чувство стыда и запретности иного полоролевого поведения. Не помню, откуда оно взялось, возможно, в результате примененного родителями "полового воспитания". Позже мне попадались книжки по воспитанию детей, выпущенные в 70-е годы. В них "половому воспитанию" уделялось большое внимание. В те времена считалось, что транссексуализм, гомосексуализм и прочие "девиации" вполне предупреждаются и даже устраняются соответствующим воспитанием, и, возможно, медико-психологической помощью.
Это привело к тому, что на людях я старалась тщательно избегать любых намеков на поведение, хоть сколько-нибудь свойственное женскому полу, и так же тщательно старалась подчеркивать свою принадлежность к мужскому. Если же людей поблизости не было, природное естество часто брало верх...

Например, когда холодной осенью в деревне ездили на открытой телеге, мне повязывали платок и кутали теплой шалью, а я отчаянно, до слез, протестовала, несмотря на уговоры всех родственников, потому что косынка и шаль были явно женскими атрибутами. Мне было приятно носить их, но чувства запретности и стыда, видимо, уже сидели глубоко в подсознании. Помню также, как упрямо я отказывалась снять кирзовые сапоги и надеть сандалии даже в жаркий летний день - ведь в таких сапогах ходили все мужчины в деревне, а сандалии представлялись вещью с неясной половой принадлежностью.

Чувства вины, стыда, запретности проявлений своей сущности, вполне могут привести в этом возрасте к формированию комплексов, психологических травм, а возможно и психических отклонений, проявляющихся в течение всей последующей жизни и мешающих найти правильный путь. И причиной этих травм является, конечно, не собственно врожденная гендерная дисфория, а неадекватная реакция окружающих на ее проявления...
Именно поэтому важно, чтобы родители знали признаки подобных отклонений, наблюдали за ними и действовали максимально осторожно. Только в этом случае специалисты смогут поставить правильный диагноз, и при необходимости, провести гормональную и хирургическую коррекцию пола в том возрасте, когда это максимально эффективно (12-25 лет). Смотри примеры в разделе
"Примеры успешной адаптации".

 

 

 СОДЕРЖАНИЕ

<- ПРЕДЫДУЩАЯ СТРАНИЦА __******* *******__ СЛЕДУЮЩАЯ СТРАНИЦА ->

 

 

Сайт управляется системой uCoz